Дядюшка Г_о_л_у_б_ь проводилъ его до самаго моря и когда онъ его снова увидлъ много лтъ спустя, тотъ былъ уже главой правительства и идоломъ націи. Ради отдыха отъ политики онъ иногда убгалъ изъ Мадрида, чтобы поохотиться на озер, и дядюшка Г_о_л_у_б_ь, ставшій посл того приключенія боле смлымъ и фамильярнымъ, бранилъ его, какъ мальчика, каждый разъ, когда генералъ промахивался. Онъ совершенно не признавалъ великихъ людей: люди длились въ его глазахъ на хорошихъ и плохихъ охотниковъ. Когда герой стрлялъ и не попадалъ въ цль, рыбакъ приходшгъ въ такую ярость, что обращался съ нимъ на ты. "Генералъ… промаховъ! И это тотъ герой, который совершилъ столько подвиговъ, тамъ въ Мароко? Смотри и учись!" И въ то время, когда славньй ученикъ смялся, рыбакъ, почти не цлясь, выпускалъ зарядъ и въ воду падала, какъ мячъ, лысуха.

Вс подобные анекдоты придавали дядюшк Г_о_л_у_б_ю огромный престижъ въ глазахъ населенія озера. Ему стоило бы только открыть ротъ, чтобы попросить чего-нибудь у своихъ покровителей!… Но онъ вчно замкнутъ и несговорчивъ, обращается съ важными людьми, какъ съ собутыльниками, заставляя ихъ смяться надъ его грубостями въ моменты нераслоложенія или надъ его хитроумными фразами на двухъ языкахъ, когда онъ хотлъ быть любезнымъ.

Онъ былъ доволенъ своей жизнью, хотя съ годами она становилась все тяжеле. Рыбакъ, вчный рыбакъ! Онъ презиралъ людей, обрабатывавшихъ рисовыя поля. Они были м_у_ж_и_к_а_м_и, и въ его устахъ это слово звучало самой худшей бранью.

Онъ гордился тмъ, что былъ человкомъ воды и часто предпочиталъ слдовать по извилистымъ каналамъ вмсто того, чтобы сократить путь, идя по берегу. Онъ не признавалъ никакой другой твердой земли, кром Деесы, гд онъ иногда охотился за кроликами, обращаясь въ бгство при приближеніи сторожей и съ удовольствіемъ лъ и спалъ бы въ барк, которая была для него тмъ же, чмъ раковина для обитателей воды.

Въ старик вновь ожили инстинкты первобытныхъ расъ, жившихъ на вод.

Для полнаго счастья ему не нужно было семейной ласки, хотлось жить, какъ живетъ рыба въ озер или птица въ тростник, которая сегодня вьетъ свое гнздо на островк, а завтра въ камышахъ.